Прокурор города Мончегорска, действуя в интересах А., обратился в суд к Банку с исковыми требованиями о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования задолженности по кредитному договору, взыскании неосновательного обогащения. В обоснование требований указал, что в июне 2025 года СО ОМВД России «Мончегорский» возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по которому А. признана потерпевшей. Предварительным следствием установлено, что неустановленные лица, находясь в неустановленном месте, посредством осуществления телефонных звонков с абонентских номеров в мессенджере «Телеграмм» и «Ватсап», введя в заблуждение А., убедили её заключить кредитный договор. Полагая, что выполняет указания сотрудника Центрального Банка РФ, А. обратилась к ответчику для заключения кредитного договора. После заключения кредитного договора, получив заемные денежные средства наличными, перевела их на указанный мошенниками счет через банкомат другого банка. Считает заключенный с Банком кредитный договор недействительным, в связи с тем, что А. в момент заключения кредитного договора находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Представитель ответчика, возражая против иска, указал, что оспариваемый договор заключен после идентификации клиента, с соблюдением всех требований законодательства. А. получила в кассе Банка наличные денежные средства, которыми впоследствии распорядилась по своему усмотрению, без участия Банка, его сотрудников, что исключает гражданско-правовую ответственность. Признаков сомнительности произведенных операций не установлено. Считает, что доказательств того, что заемщик заблуждался относительно предмета, природы сделки, лиц, с которыми вступает в сделку, не имеется.

Установив в ходе рассмотрения дела, что истец на момент заключения кредитного договора могла понимать значение своих действий и руководить ими, по своему психическому состоянию в момент заключения кредитного договора имела правильное представление о существе, последствиях и конечном результате сделки, могла свободно формировать и выражать свою волю, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Решение не вступило в законную силу.