Истец Д. обратился в суд с иском к ответчику К. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в обоснование которого указал, что 02 февраля 2025 г. в результате дорожно-транспортного происшествия, виновником которого был признан ответчик, поврежден принадлежащий ему автомобиль.

Страховой компанией ему была произведена страховая выплата в размере 400 000 рублей.

Согласно экспертному заключению, стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ему автомобиля составляет 1 618 700 руб., его рыночная стоимость – 848 500 руб., стоимость годных остатков – 287 227,09 руб.

Истец просил взыскать с ответчика в его пользу, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия материальный ущерб, за вычетом выплаченного страхового возмещения, в размере 448 500 руб., расходы по оценке автомобиля 18 250 руб., расходы по оплате государственной пошлины – 17 169 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Разрешая заявленный спор, учитывая, что вина ответчика в повреждении транспортного средства истца установлена, суд взыскал с ответчика в пользу истца причиненный ущерб, исчисленный как разница между стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков за вычетом полученного страхового возмещения в размере 161 272,91 руб., расходы по оплате услуг проведения оценки материального ущерба в размере 18 250 руб., а также судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, в размере 6 180,84 руб.

Во взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда судом было отказано, в связи с тем, что доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением у истца физических и нравственных страданий, истцом представлено не было.

На момент составления пресс-релиза решения суда не вступило в законную силу.