24 декабря 2024 г. между истцом З. и ответчиком М. был заключен договор купли-продажи принадлежащего истцу гаража. Стоимость гаража составила 1 600 000 руб., из которой сумма в размере 1 000 000 руб. должна была быть уплачена не позднее 10 февраля 2025 г. на банковский счет истца, 600 000 руб. – не позднее 30 апреля 2025 г.

В указанные сроки денежные средства на счет истца не поступили, в связи с чем истцом ответчику была направлена претензия об отказе от договора купли-продажи гаража, которая оставлена им без внимания.

Обращаясь с иском в суд, З. указала, что лишилась гаража, не получив за него оплаты, просила суд обязать ответчика возвратить ей переданный ответчику гараж, взыскать с него проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 11.02.2025 по 26.05.2025 в размере 69 386,30 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В ходе рассмотрения дела было установлено, что М. успел продать приобретенный им у З. гараж П. за 800 000 руб.

П. была привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

В ходе рассмотрения дела З. изменила исковые требования, указывая, что сделка по продаже гаража была совершена ею под влиянием обмана, просила суд признать недействительным договор купли-продажи гаража, а также все последующие сделки с данным объектом недвижимости, возвратить ей проданный гараж.

Ответчик П. во встречном исковом заявлении просила признать её добросовестным приобретателем спорного гаража, указав, что запретов и ограничений предыдущим собственником З. в договоре купли-продаже с М. не установлено, о наличии долга за гараж у М. с предыдущим собственником З., она не знала.

Участвуя в судебных заседаниях ответчик М. пояснял, что намерен был рассчитаться с З. за приобретенный гараж, но ему срочно понадобились деньги на лечение родственника, в связи с чем, приобретенный гараж ему пришлось продать. Он не отказывается от уплаты З. денежных средств по договору, однако сделать это единовременно не имеет возможности.

Разрешая спор, суд установил, что гараж выбыл из владения истца по ее воле, договор купли-продажи недвижимости содержит все существенные условия, лично подписан сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. Принимая во внимание, что доказательств совершения ответчиком М. каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение, обмана относительно совершаемой сделки, материалы дела не содержат, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения вышеуказанных требований истца.

Исковые требования П. о признании её добросовестным приобретателем спорного гаража суд удовлетворил, поскольку установил, что П. проявила разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от нее при совершении сделки, и имеет все признаки добросовестности приобретения спорного гаража.

Не согласившись с принятым судом решением, представителем истца З. была подана апелляционная жалоба, в которой она просила решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования, отказав в полном объеме в удовлетворении встречного иска.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда решение Мончегорского городского суда Мурманской области оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя истца без удовлетворения.

Впоследствии З. обратилась в суд с иском к М. о взыскании денежных средств по договору купли-продажи гаража в сумме 1 600 000 руб., а также неустойки за период с 11.02.2025 по 08.10.2025 в размере 180 860,27 руб. и расходов по уплате госпошлины.

Решением суда данные требования З. были признаны законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.